Аркадий Лившиц ●● Жизнь. Хирургия. Судьба

Материал из ЕЖЕВИКА-Публикаций - pubs.EJWiki.org - Вики-системы компетентных публикаций по еврейским и израильским темам
Перейти к: навигация, поиск

Книга: Жизнь. Хирургия. Судьба
Характер материала: Мемуары
Автор: Лившиц, Аркадий
Копирайт: правообладатель запрещает копировать текст без его согласия
Оглавление

Две главы из книги "Жизнь. Хирургия. Судьба" (Лившиц А.В. [Литературная запись Р. И. Светланова] – М.: Издательство рекламный дом СОЮЗИНФО, 2002. — 288 с.: илл. — ISBN 5-94906-001-6).


Одна глава повествует о спасении от расстрела отца в годы гражданской войны. Другая – о первой в мире имплантации электростимулятора в травмированный позвоночник, которая спасла пациента от неподвижности.

Материал для Ежевики отредактирован автором - проф. А. Лившицем.

  • Расстрел

Отец родился в 1903 году в Ровно. Мать его, моя бабушка Клара, была учительницей музыки, а дедушка Арон был владельцем маленькой мастерской по изготовлению телег, бричек и фургонов. На три года младше отца была его сестра Ида. Она пошла по стопам своей матери, с детства увлекалась музыкой и впоследствии стала доцентом Бакинской консерватории по классу вокала и фортепиано. Отец с детства полюбил лошадей. К деду приезжали заказчики, и вскоре маленький Вулик стал другом всех извозчиков. Те, обслуживая клиентов, возили его с собой и позволяли ухаживать за лошадьми. Возчики его любили, называли «красавчик Вулик». И мальчик был по-настоящему счастлив, чего не скажешь о его маме. Она постоянно искала сына, ведь стоило ему сесть на подводу, как он забывал и о доме, и о домашних, да и обо всем на свете. Бабушка в воспитательных целях нередко наказывала «гуляку». И поэтому он, придя домой, искал убежище под кроватью, и вытащить его оттуда можно было только с помощью кочерги.

Папа рос мальчиком сообразительным, красивым, но уж больно шебутным. Однажды он забрался в бочку, стоящую для сплава у берега реки. Грузчики, не зная, что в ней находится мальчик, пустили бочку вниз по течению... Отец плыл в ней весь день, а родители сходили с ума, разыскивая ребенка. Словом, пай-мальчик из Вулика не получился. Рос он здоровым крепышом, постоянно обижал свою маленькую сестричку, отбирал еду и даже поколачивал. И лишь повзрослев, проникся к сестре нежными чувствами, очень ее любил и оберегал всю жизнь.

Отец поступил в гимназию, преодолев процентный ценз для евреев, и успешно ее закончил. После революции семья переехала в Николаев. На юге Украины с калейдоскопической быстротой одна власть сменяла другую. Нагрянули в Николаев и петлюровцы. Они погрузили в вагоны мужчин - евреев и повезли на расстрел. Среди арестованных были и мои отец и дедушка. У каждого полустанка поезд останавливался, выводили по 2-3 человека, на глазах у всех расстреливали и ехали дальше. Дошла очередь и до моего отца с дедушкой. Они простились друг с другом, крепко обнялись, в этот момент у папы упала с головы шапка-ушанка, и дедушка обомлел: его 16-летний сын стал седым. Вскоре их вывели из вагона, приставили к столбу. Когда петлюровец взвел пистолет, он разглядел лицо моего отца, опустил пистолет и сказал: «Твое лицо — это лицо моего брата, которого убили коммунисты. Я не могу убрать с этой земли еще одно такое лицо. Бегите!» И выстрелил в воздух. Так дед с отцом спаслись, но с тех пор мой отец был седым. Молодой человек невысокого роста, коренастый, физически очень сильный, розовощекий, с густыми вьющимися седыми волосами.

  • Ты мне только объясни - как это происходит?

Добившись заметных успехов в экспериментальной работе, мы готовились к операциям на человеке. И тут нас подтолкнул случай. Его Величество Случай в свое время привел ко мне на операционный стол одного из руководителей Муромского радиозавода М. Он помог создать мой первый диагностический прибор усилителя биопотенциалов. Потом я продолжил свои разработки в области медицинской электроники в Москве. А теперь Случай вновь на помнил о себе...

Был воскресный день, я планировал провести его с сыном.

А. Лившиц
1975 - 1977 годы
(из личного архива А. Лившица)

И тут мне позвонили и сообщили, что по разнарядке Москворецкого райкома (в этом районе располагался наш институт) одна из организаций направила своих работников на сельхозработы. Произошел несчастный случай, перевернулся трактор, у одного из командированных сломан позвоночник, и его парализовало. Сейчас пострадавшего везут в наш институт. Меня просили приехать, принять больного и сделать максимум возможного.

Началась операция. Когда открыл позвоночник, увидел, что спинной мозг порван. Я понимал, что впереди у этого молодого человека ничего хорошего нет - его ожидает полная пожизненная инвалидность. Мне было ясно, что хуже уже ничего быть не может.

Нами к этому времени была разработана и выполнена вместе с инженерами модель миниатюрного вживляемого в организм электростимулятора для поврежденного спинного мозга. И тогда решился на операцию с имплантацией стимулятора спинного мозга, в надежде, что наши предшествующие эксперименты найдут подтверждение и на человеке. Вся операция была заснята на кинопленку.

К сожалению, эту операцию я осуществил уже после смерти Вишневского.

На следующий день докладывал на утренней конференции, и не скрою - ждал добрых слов в свой адрес. Но новый директор института быстро остудил мой пыл. Директор считал, что я не имел права делать новую операцию, не получив предварительного согласия на нее Министерства здравоохранения СССР.

Он меня осудил. Делать нечего: он — директор, я... - подчиненный. Проглотил эту пилюлю и продолжал работать со своим новым больным Ш. Жизнь продолжается. Проходит два месяца, у Ш. при полном параличе начинаются легкие движения в бедрах. Проходит еще полмесяца, у него начинаются первые выбросы мочи, а к шестому месяцу у больного восстановились движения в ногах, правда, неполноценные — он мог подниматься, стоять на ногах и делать легкие движения с помощью двух палочек. На шестом месяце с помощью специальных ортопедических ботинок Ш. начал ходить, выполняя произвольные движения. Все это время мы его наблюдали у себя, не отпускали. И когда я зафиксировал новые появившиеся движения, то пригласил нашего директора для консилиума. Он увидел больного, который уже встает и начинает ходить, пожал мне руку, поздравил и сказал:

— Ты мне только объясни, как это происходит.

Ответил на это:

– К сожалению, сам еще многого не понимаю. Сказать могу только одно: вы видите все наяву. Я не могу убить этого человека и исследовать его морфологию. Но в экспериментах на собаках мы установили, что в процессе электростимуляции спинного мозга у них бурно нарастает окольный путь иннервации, обходящий зону повреждения спинного мозга. И чем интенсивней мы проводим стимуляцию спинного мозга в раннем периоде, тем интенсивнее образуется окольный путь иннервации, так называемый «спраутинг». За аналогичными примерами не надо далеко ходить. Чем интенсивнее тренируется штангист, чем больший вес он поднимает, тем больше у него на руках образуются дополнительные вены вокруг мощных мышц. Метод электростимуляции дает функциональную нагрузку спинному мозгу и его нервам, способствуя развитию дополнительных нервов, подобно развитию дополнительных вен на руках при физической нагрузке штангиста.

Впоследствии мы произвели имплантацию стимуляторов спинного мозга еще шести больным. Все они были живы, по крайней мере, пока нами наблюдались. Мы не имели возможности исследовать морфологию, но все электрофизиологические исследования, применяемые нами, показали активное восстановление функций спинного мозга.

И вот, спустя четверть века, в 1999 г. я получил личное письмо из Америки о подтверждении моих экспериментальных исследований. Аналогичная информация поступила из Канады и Китая.